свобода

Этика капитализма

ВВЕДЕНИЕ

Традиционная проблематика естественного права и справедливости отошла на задний план, когда экономическая наука стала пытаться использовать, неуклюже и механически, в качестве методологии социальных наук методы, выработанные естественными науками в ходе исследования материального мира. Согласно этому подходу «дифференцирующей» особенностью экономической теории являются систематическое использование узкого критерия «рациональности» и представление о том, что действия отдельно взятых людей и экономическая политика определяются расчетом и оценкой затрат и выгод с помощью критерия оптимизации, который якобы позволяет «оптимизировать» достижение целей в условиях, когда средства даны. Так что исследование этических принципов, служащих ориентирами для людей в их деятельности, утратило значение. Казалось, был найден универсальный принцип человеческого поведения, который можно реализовать на разных (индивидуальных и социальных) уровнях, применяя один-единственный критерий, критерий максимизации последствий каждого действия. В силу этого больше не было необходимости соизмерять поведение людей с установленными заранее этическими нормами. Таким образом, возникло впечатление, что науке удалось элиминировать фактор справедливости, который в рамках этой концепции казался избыточным и устаревшим.

КРАХ КОНСЕКВЕНЦИАЛИЗМА

Классический либерализм и анархокапитализм.

Введение

В начале XXI в. либеральная мысль оказалась на теоретическом и политическом распутье. Хотя после падения Берлинской стены в 1989 г. и крушении реального социализма мы, казалось, присутствуем при «конце истории» (если использовать неудачное и претенциозное выражение Френсиса Фукуямы), сегодня в мире господствует этатизм, причем во многих отношениях его господство сильнее, чем когда-либо ранее, друзья свободы деморализованы. В силу этого «модернизация» либерализма насущно необходима. Пора подвергнуть либеральную доктрину пересмотру и привести ее в соответствие с последними достижениями экономической науки и новейшим историческим опытом. Этот процесс следует начать с откровенного признания в том, что попытки классических либералов ограничить государство потерпели неудачу. Современная экономическая наука в состоянии объяснить, почему их поражение было неизбежно. После этого нужно сосредоточиться на динамической теории основанных на предпринимательстве процессов общественного сотрудничества, которые порождают стихийный порядок рынка. Эта теория может быть использована в качестве инструмента полноценного анализа анархокапиталистической системы общественного сотрудничества, единственной системы, осуществимой на практике и не противоречащей человеческой природе.

ЛИБЕРТАРИАНСКАЯ ТЕОРИЯ СВОБОДНОЙ ИММИГРАЦИИ

Проблемы, связанные со свободой миграции, часто порождают у теоретиков либертарианства и приверженцев свободы некоторое замешательство. Традиционно либертарианская доктрина отстаивала принцип полной свободы иммиграции и эмиграции без каких-либо ограничений. Эта позиция основана на том, что политические границы представляют собой результат сугубо интервенционистских мер и институциональной агрессии со стороны государства с целью воспрепятствовать свободному передвижению людей или даже запретить его совсем. Кроме того, пограничный контроль и иммиграционное законодательство возникли в результате политических действий привилегированных групп интересов (в частности — профсоюзов), которые стремятся ограничить предложение рабочей силы для того, чтобы искусственно повысить ставки заработной платы. То, что эти интервенционистские правила миграции препятствуют добровольным соглашениям между людьми (включая иностранцев), безусловно, нарушает базовые принципы, которые должны соблюдаться во всяком либертарианском обществе. Интервенционистская политика в области иммиграции затрагивает прежде всего людей, живущих за пределами данной страны, потому что с принципом свободного передвижения людей внутри страны все в общем согласны.

Теория либерального национализма

Проблема национализма и существования наций вызывает большое беспокойство у современных либеральных теоретиков. С одной стороны, они признают позитивную роль национализма в создании предпосылок падения коммунистических режимов Восточной Европы, а также в противодействии интервенционистскому и централизующему этатизму. В последнее время серьезные европейские либералы выступали с заявлениями о том, что нация представляет собой необходимый элемент равновесия, противодействующий интервенционистским и централизаторским тенденциям, связанным, в частности, с процессом объединения Европы. Наконец, можно отметить, что в конкретных исторических обстоятельствах националистическая децентрализация часто порождает процесс стихийной конкуренции, ограничивающий интервенционистское регулирование, исходящее в основном от центральных органов государственной власти.

Таковы «консерваторы».

Просьба учесть в какое время была написана статья и для какой страны и быть снисходительными к некоторым моментам. Многое в статье актуально и сейчас для этой публики.

Как «консерваторы», так и «либералы» упирают на факт, против которого, кажется, никто не возражает: что мир стоит перед смертельным конфликтом, и за сохранение цивилизации нужно бороться.

Но какова же природа этого конфликта? Обе группировки отвечают: это конфликт между коммунизмом и... чем же? Ответа нет. Они говорят, что это конфликт между двумя жизненными стратегиями - коммунистической и... какой же? Опять ответа нет. Это конфликт между двумя идеологиями, говорят они. Так какова же наша идеология? Они молчат.

Правда, которую отказываются признать и те, и другие, состоит в том, что в политическом смысле сегодняшний мировой конфликт — это последняя стадия борьбы между капитализмом и тоталитаризмом.

Почему негодяи правят.

Одно из наиболее общепринятых среди политических экономистов утверждений гласит: любая монополия вредна с точки зрения потребителей. Монополия понимается в классическом толковании как эксклюзивная привилегия, пожалованная единственному производителю товара или услуги, то есть как отсутствие вольного входа в определенную сферу производства. Иными словами, только агентство А может производить данный продукт х. Любой такой монополист вреден для потребителя, так как защищенная от появления новых участников в своей сфере производства, цена на продукцию монополиста х будет выше, а качество х ниже, чем в противном случае.

На эту элементарную истину ссылаются как на аргумент в пользу демократического правительства в отличие от классического, монархического или княжеского правительства. Ссылаются на том основании, что при демократии вход в правительственный аппарат свободен: каждый может стать премьер-министром или президентом, - тогда как при монархии он возможен только для короля и его наследника.

Палмер Т. Глобализация и культура: однородность, многообразие, идентичность и свобода

Свободная торговля постоянно подвергается нападкам. Ее защитники привыкли опровергать доктрину торгового баланса и различные заблуждения о нациях, которые экономически «конкурируют» друг с другом. Но менее они привыкли отвечать на «культурную» критику торговли. Сторонники ограничения торговли настаивают, что свободный рынок и глобализация разрушительны для культуры. Однако приводит ли глобализация к культурной однородности и уменьшению различий? Угрожает ли глобализация культурной аутентичности? Опасно ли для планеты быть погруженной в безбрежный суп единообразия. И должны ли мы бояться утраты личной идентичности, будучи членами различных культур, обменивающихся идеями, товарами и услугами? Культурологические аргументы против свободной торговли, как нам предстоит увидеть, вряд ли новы. И они столь же ошибочны, как и экономические аргументы против свободного рынка.

I. Определения.

Обычно любую дискуссию о глобализации полезно начинать с определения понятий. Как и в отношении прочих понятий, мы можем договариваться о значении «глобализации», как пожелаем, но не все договоренности будут одинаково хороши. Большинство из них есть просто попытки выиграть дебаты до того, как они начнутся. Я предлагаю определение, которое, как я считаю, улавливает суть того, что обсуждается, а не того, что так или иначе пропагандируется.

К спору об определении Свободы

Либертарианец Лакси Катал написал замечательный текст в споре со сторонником позитивного определения свободы. Мы с радостью выкладываем здесь его комментарий:

Эк вас уносит... Мне кажется вы невольно присоединились к тому несметному стаду социалистических мыслителей-ублюдков, которые осознанно или неосознанно стремятся так переопределить понятие "свобода", чтобы полностью лишить его смысла и увести от той простой мысли что люди по сути рабы государства.

Обычно они рассуждают в том духе, что раз мы не свободны от, например, действия гравитации, от чувства голода (от своего желудка), от воздействия окружающей среды и т.п., то мы вообще несвободны и лишает нас государство свободы или нет - уже не важно, чуть больше, чуть меньше - какая разница? Вам не нравится власть государства? Ну так вы же и во власти гравитации! По-моему, совершенно мудацкая позиция.

Очевидно, как и праву, свободе можно дать сотни определений, однако практическая пригодность (функциональность) будет присуща очень немногим. Каков смысл у рассуждения что мы рабы гравитации? Я лично склонен применять тут феноменологический подход, обобщая известные мне реальньные (а не вымышленные) в изобилии встречаемые вокруг рассуждения о свободе и несвободе.

Демократия vs. Либертарианство. Что есть свобода?

Очень долго идет философский диспут о том что же на самом деле свобода....

Особенно сильно этот спор обострился, когда появилась философия Либертарианства.

Для Демократов, всю жизнь думающих что они собственно и есть, живое воплощение свободы, стало шоком узнать, что кто то их считает тиранами, ни лучше и не хуже тех же монархистов и т.п.

Демократы верят, что то, что они несут их мораль, философия, возможность выбора себе "пастуха" и есть свобода...Либертарианцы же смеют им возразить....

Свобода!

Давайте изначально разберемься, что же такое "Свобода", откроем "Школьный этимологический словарь русского языка" и посмотрим там:

СВОБОДА. Общеславянский Суффикс. производное от той же основы, что свой, особа, ст.-сл. свобьство, собьство «особенность». Свобода буквально — «свое, собственное, отдельное от других положение».

Любопытно, что Общеславянское Особа исходно — "личность как таковая, выделенная из коллектива". Т.е. в терминологии нынешнего времени индивид индивидуальность.

Часть III Эпилог 15. Стратегия свободы

Образование: теория и движение

И вот, новое либертарианство — истина, теоретически выверенная и способная решить наши политические проблемы,— у нас в руках. Но теперь, когда мы владеем истиной, как нам добиться победы? Мы стоим перед главной стратегической проблемой: как перейти из нашего несовершенного огосударствленного мира в великое царство свободы. Проблемой, подобной тем, что вставали перед всеми «радикальными» мировоззрениями.

Единой магической формулы не существует. Любая стратегия социальных изменений, предполагающая убеждение и изменение сознания людей, — это всегда искусство, а не точная наука. Но это знание не должно мешать нам в поисках разумных путей достижения наших целей. Существование плодотворной теории или, по крайней мере, теоретической дискуссии о надлежащей стратегии перемен, возможно.

Theme by Danetsoft and Danang Probo Sayekti inspired by Maksimer